Медицинский центр
«Ты уходишь к ней?» — спросила я в первый же вечер. «Нет, не получается, она сама живет у родственников на птичьих правах». Ну, нет так нет. Свекровь покм решили ни во что не посвящать. Под предлогом, что мне нужен полный покой, сделали перестановку. Он отдельно — мы с дочкой отдельно. Я ненавидела себя за это, но все равно ночами не могла уснуть, прислушивалась: вот ключ повернулся — он, разДелся, прошел, моет в панной руки... Какая это была мука! А то вдруг падежда — на него нашло наваждение, -болезнь, вот завтра утром он проснется как ни в чем не бывало... А он между тем стал собирать вещички: наши общие друзья, видя, в каком я состоянии, сняли им комнату.
Конечно, ключ у него остался, когда хотел — приходил. Как и раньше, много времени проводил с Аленкой. Запретить? Но девочка так его любит! Я вообще не принимаю насилия, ни в каких видах, тем более тут я знала, как она будет страдать. Я сказала ей: «Пана теперь будет жить не с нами»,— и как-то она сразу отнеслась к этому как к должному. Общения с ним ей вполне хватало. При ней — спокойные разговоры, спокойный топ. Конечно, мне было бы намного легче — не видеть, но слышать, убрать с глаз все, что напоминает.
Советуем прочитать
Нет, все нормально