Медицинский центр
Родился Сережа. Потом мне сказали, что положение было рискованное. Врач предупредила: когда начнутся роды, хоть в три часа ночи, вызвать ее из дома. Меня просто душило желание сказать Юре: отойди, мальчик мой и только мой. Но это было бы глупо: девочка говорит «папа», а мальчик как должен себя чувствовать?
Юра был горд и счастлив: сын! С первых дней нянчился с ним, купал. И я потом всегда замечала: Сережа не просто тянется к нему, ему очень важно сознавать — У меня есть папа, Всегда рассказывал об отце знакомым, своим товарищам, упоминал вскользь, как бы к слову. А я думала, вырастут и во всем сами разберутся.
Поначалу мне было трудно еще и потому, что я фактически продолжала жить в их доме, деваться мне с детьми было некуда. Свекровь сначала на Юру напускалась: как ты мог, да где же твоя совесть? Но сын есть сын. Могла, например, при мне радоваться: наконец-то Юра хоть нормально оделся — вроде бы мне в укор, хотя прекраспо знала, как мало мы зарабатывали. Я молчала, терпела, а потом набрала уроков, заочникам помогала с контрольными, сидела ночами, но накопила па кооператив. И мы смогли оттуда уехать.
Советуем прочитать
Нет, все нормально