Медицинский центр
Рассказывает Юрий Евгеньевич Антонов, директор детского сада:
— Пришел ко мне человек просить помощи. Жена, бывшая, к дочке его не пускает и от наших воспитательниц требует, чтобы гнали его взашей. Ему 53 года, ей 35. Для него крушение семьи — трагедия, он все ей отдал, да еще утрата ребенка — все, полностью почва выбита из-под ног. Я присмотрелся, вижу: человек дико страдает, девчонка к нему бросается, вся при виде него расцветает. Как же можно их разлучать? Разрешил ему приходить, когда группа гуляет. Потом был суд. У матери спрашивали: какие у вас аргументы, почему вы против общения отца с вашей дочерью? Ничего серьезного она не выдвинула. Я выступил, сказал: это грубейшее насилие, неоправданная жестокость, нельзя причинять такое горе ребенку, на всю жизнь его обездоливать. Мне казалось — тут нет вопроса. Но суд заседание закрыл, не вынеся решения. А вскоре тихо-тихо девочку перевели в другой район — нашли, видимо, покладистых педагогов, которые будут плясать под дудку матери.
Ситуация, обстоятельства, люди словно бы подталкивают отца к мысли, что по-хорошему, по-человечески, добром он все равно ничего не добьется. И он решает с Василием бороться насилием же. И снова отчаянные звонки, письма, заявления во все инстанции, требования немедленно вмешаться... Только на этот раз звонят, пишут, требуют— матери.
«Отец вывез погулять ребенка в колясочке, как было между нами условлено, но не вернулся, а когда я бросилась искать, выяснилось, что увез его к себе домой. Я пыталась забрать мальчика, но отец моего бывшего мужа — он известный в городе адвокат, у него кругом знакомые — вызвал милицию, и меня оштрафовали якобы за хулиганство. И вот уже семь месяцев ничего не могу добиться. Везде уже подготовлены к моему приходу, знают, что яг— пьяница, распутная тварь, и никто не хочет меня выслушать. За это время ребенка видела только два раза, издали...»
Советуем прочитать
Но что же в реальности?